Один из самых титулованных голливудских сценаристов, написавший «Банды Нью-Йорка» Мартина Скорсезе, «Американского гангстера» Ридли Скотта и получивший «Оскар» за сценарий к «Списку Шиндлера» Стивена Спилберга, поговорил с Алексеем Тарасовым о том, как создавалась «Девушка с татуировкой дракона» Дэвида Финчера.

— Говорят, вы в рекордные сроки сценарий Финчеру прислали.

— Да, все происходило молниеносно. С момента, когда я начал писать, до момента, когда стартовали съемки, прошло не больше полугода. Над всеми сценариями я работаю одинаково: мучаюсь, делаю заметки, ненавижу все, что я до этого написал. Потом проходит два-три месяца, я берусь за дело всерьез и дальше уже все гладко.

— Насколько сложно писать сценарий по книге, которую уже с успехом экранизировали шведы?

— Я не смотрел шведскую версию. Я специально ее избегал. Моей задачей было сделать кино по книге, поэтому меня интересовала книга, а не фильм. Я никогда не видел проблемы в том, что эта история такая популярная. Наоборот, мы пришли на все готовое — у нас сразу была аудитория. Думаю, что фанатам шведского фильма будет сложно смотреть наше кино, но именно поэтому я предпочел его не видеть.

— Почему вы изменили финал?

— Вы имеете трюк с Харриет? Мне показалось, что это хорошая идея. Гораздо лучше, чем история с какой-то далекой фермой в Австралии. По-моему, поклонники Ларссона, которые уверены, что все уже знают, раз прочитали роман, будут рады такому сюрпризу. Но ведь это еще не финал.

— Да, у вас там еще один — очень печальный.

— «Девушка с татуировкой дракона» — очень жестокий фильм, который местами довольно тяжело смотреть. Такая драма на повышенных тонах. Мы с самого начала хотели закончить его тихим шепотом — перейти от сцен безжалостного насилия к простым человеческим чувствам.

— Правда, что вы уже пишете сценарий ко второй части?

— Пишу.

— И какие шансы на то, что выйдет второй фильм?

— Я уверен, это будет зависеть от того, как прокатится первый. Думаю, новый фильм пока еще никто снимать не будет — слишком уж это дорогое удовольствие. Но сценарий мне уже заказали. Я в любом случае в выигрыше (несмотря на то, что «Девушка с татуировкой дракона» не собрала ожидаемую кассу, Sony объявило о решении выпустить два сиквела — «Знаки»).

— В вашем новом сценарии Лисбет Саландер — девушка с разбитым сердцем?

— Не совсем. В первом фильме она позволяет себе чуть-чуть открыться, на секунду показать свою чувствительную сторону, а потом — клац! — захлопывается как морская раковина. Когда в конце она снова седлает мотоцикл, мы понимаем, что больше ничего подобного мы с ее стороны не дождемся. Она возвращается в точку, с которой начала.

— Ларссон говорил, что списывал многие события романа из своей жизни. Вы читали его биографию?

— Я начал читать ее уже после того, как сдал сценарий. Я вообще не занимался никакими исследованиями, а только прочитал книгу. Я не ездил заранее в Швецию, а отправился туда уже потом. Впрочем, эта поездка мало что изменила. В большинстве случаев было так: «О, этот вид почти такой же, каким я его себе представлял».

Зато Финчер поехал в Швецию еще до того, как я закончил писать сценарий. Он искал локации, основываясь на том, что было в книге и обязательно попало бы в фильм. Особняк Вангеров, например. Или мост, на котором машины столкнулись. По приезду я был приятно удивлен, что наши мысли совпали.

— Вы всегда работаете, не углубляясь в предмет, о котором пишете?

— Вообще, ресерч — это же так весело: запрыгнуть в самолет, сгонять в Швецию, хорошо провести время. Но я не люблю развлекаться до того, как закончу черновой вариант, не люблю давать себе поблажек. Потом я скорее всего поеду на место и внесу в сценарий какие-то правки, но в самом начале мне не нужно слишком много информации, она мне только мешать будет. Еще надо понимать, что это очень киногеничный роман. Мне не нужно было вычленять из него сюжет, он и так уже там был.

— Зачем вы так много времени посвящаете журналисту Блумквисту, если всем очевидно, что главная в фильме — Саландер?

— Лично мне нравятся оба эти персонажа. Пока я писал сценарий, они меня совсем не утомили, и у меня не возникало желания проводить больше времени только с одним из них. Блестящей идеей Ларссона было сделать главную героиню решительной и сильной, а героя поставить у нее на подхвате. В итоге, у нас есть мужественная героиня и женственный герой, каждый со своей увлекательной историей. Я мог бы пораньше свести их друг с другом на экране, но не захотел.

— Можно ли было сделать местом действия Штаты?

— Можно было, но я думаю, что получилось бы плохо.

— Почему? В Голливуде так часто делают.

— Это очень шведская история. Опять же, есть ожидания зрителей. Если бы мы очень хотели все испортить, то перенесли бы действие в США. А так это даже не обсуждалось. Да, обычно в Голливуде не видят в этом проблемы. Вот Мартин Скорсезе снял римейк японской картины «Двойная рокировка» в Бостоне — и ничего (на самом деле, «Двойная рокировка» — гонконгская картина — прим. «Знаки»). «Отступники» «Оскар» за лучший фильм получили. Или вот еще норвежский фильм «Бессонница», который пересняли в Лос-Анджелесе с Аль Пачино и Робином Уильямсом — кажется, никто не жаловался. В нашем случае об этом никто не заикнулся. Весь этот холод, снег, промерзший север — где это снимать? В Миннеаполисе?