Француженка Селин Скьямма , дебютировав в 2007-м драмой «Водные лилии», продолжает препарировать тему ста дней после детства. Второй по счету фильм — «Девочка-сорванец» — рассказывающий историю 12-летней Лоры — девочки-андрогина, которая намеренно выдает себя за мальчика, прогремел на прошлогоднем Берлинском кинофестивале, собрала горстку наград, и попал в программу традиционных Вечеров французского кино. Андрей Алферов встретился с Селин Скьямма в Париже и поговорил с ней о подростках, биографических мотивах фильма, Спилберге с Земекисом, «Малхолланд драйве» и французском министерстве образования, сделавшим «Девочку-сорванца» обязательным номером школьной программы.

— Селин, вы все это выдумали или где-то подсмотрели?

— Нет, это моя выдумка и мой сценарий. Знаете, меня подкупило, как главная героиня пытается перейти некоторые границы, старается достичь неких максимумов. Каждый ребенок ведь пытается играть какую-то роль, пытается быть немножко другим человеком. Это такие возрастные игры. Ко мне история не имеет никакого отношения. Хотя, нет. Что это я? Главная героиня сильно напоминает меня в детстве. Я хорошо помню многое из того, что со мной происходило и помню некоторые ощущения. Они у нас совпадают. Более того! Даже стрижка у меня в подростковом возрасте была короткая, как в фильме у моей героини. И одежду я носила такую андрогинную, что и не сразу поймёшь, кто я.

— То есть вы снимали почти автобиографию?

— Ни в коем случае. Единственное, что связывает фильм и мою юность — это то, что я снимала его в родном пригороде на северо-западе Парижа.

— Вы так ладно управляетесь с детьми на площадке. Во всяком случае в кадре они выглядят очень естественно. Как вам кажется, что легче — воспитывать детей или снимать их в кино?

— Вопрос! Воспитывать детей не просто, а снимать их — очень смешно! По крайней мере, мне, как молодому кинематографисту, снимать детей удобней что ли... С ними я чувствую себя свободней. Растут и развиваются они — расту и я, как режиссер.

— Роман Полански мне говорил это же, рассказывая о съемках «Оливера Твиста». Кстати, вы любите Поланского?

— Мне нравятся его фильмы, но не могу сказать, что он входит в число моих любимых режиссеров. Я росла в 1980-е. Тогда выходило много так называемого «поп-корн-кино», которое, тем не менее, было очень умным и содержательным. Особенно у таких режиссеров, как Стивен Спилберг и Роберт Земекис. Вот они как раз очень даже повлияли на меня.

— А Линч? Вы же, если не ошибаюсь, где-то говорили, что он ваш любимый режиссер, а «Малхолланд драйв» — любимый фильм.

— Это так. Это почти настольное кино, которое я советую всем без исключения моим друзьям. Лучший, на мой взгляд, фильм на лесбийскую тему.

— Давайте вернемся к детям и их родителям. Как бы вы сами поступили, окажись на месте матери главной героини: раскрыли бы секрет ребенка, выдали бы его, или напротив — поддержали бы градус этой игры?

— Ну, как вам сказать? В этом фильме реакция матери не обязательно идеальная реакция. Я не пыталась преподать зрителю урок психологии. Это чисто выдуманная история, но было бы не честно игнорировать самые непростые эмоциональные реакции матери в такой ситуации. Я должна была это показать. Для меня важно было, чтобы зритель отреагировал на это. Отреагировал на реакцию матери. Чтобы он был шокирован, чтобы поддерживал ребенка!

— Ваш фильм обладает целой полифонией смыслов. Взрослые видят в нем свое, и это заметно по награде «Тедди» (награда Берлинского кинофестиваля, ежегодно вручаемая лучшему фильму на гей-лесбо тему – прим.ред.) , полученной в Берлине. А что, интересно, видят в нем дети? Вы показывали его подросткам?

— Это фильм вышел таким семейным кино, на которое взрослые ходили вместе с детьми. Но были и чисто школьные сеансы, куда водили исключительно подростков, целыми классами. И знаете, они признали его своим. А однажды мне позвонили из Министерства образования Франции и сообщили, что мой фильм официально включен в специальную школьную программу. Я чуть сознание не потеряла! Теперь «Девочка-сорванец» обязателен к просмотру во французских школах всех рангов. Начиная с этого года, его будут показывать всем школьникам — от самых маленьких, до выпускников. Это куда ценнее всяких фестивальных наград! Заполучить такую аудиторию!!!

— Да, вы утерли нос самому «Гарри Поттеру». Его создатели о таком могут только мечтать! И все же о наградах. Самый известный на сегодняшний день фильм о девочке, которая выдавала себя за мальчика — «Мальчики не плачут», поставленный, кстати говоря, тоже женщиной. Тот фильм взял в свое время и «Золотой глобус» и «Оскар». Вам не обидно, что вашу картину отметили лишь второстепенной наградой Берлинале?

— Да нет! «Девочка-сорванец» продан в тридцать стран и хорошо прокатывается. К тому же сезон кинонаград за 2011 год только начался, так что, может, еще что-то и дадут.

— Вы где-то сказали, что предпочитаете снимать о том, что знаете лучше всего. А именно о подростковой жизни. В «Девчонке-сорванце» тема, кажется, раскрытой до конца. Или что-то еще осталось, о чем вам хотелось бы снять?

— Теперь я хочу снимать о героях в период взросления и юности. Чтобы им, скажем, было 17-18 лет. Одно неизменно: меня больше интересуют девочки. О них я и буду снимать!