— Молодым группам часто задают вопрос: как бы вы представили себя тому, кто о вас ничего не знает? У вас есть на это устоявшийся ответ?

Юра Розенко: Мы — музыкальный коллектив, исполняющий современную электронную музыку вживую, с использованием обычных инструментов и синтетических звуков.

 — Возможно, вы бы хотели акцентировать внимание на чем-то конкретном?

Юра Розенко: Откровенно говоря, таких задач мы никогда перед собой не ставили. Это должны сделать сами люди, выделить нас на фоне других коллективов. Подобные решения исключительно за ними.

Женя Носов: Мы, участники группы — как четыре напитка, составляющие единого коктейля. Это и делает нас уникальными — сочетание разных личностей с разными взглядами на музыку.

 — Вы записали и издали дебютный альбом. Что дальше?

Юра Розенко: Происходит движение, все меняется в лучшую сторону. Мы ищем, экспериментируем и все наше видение современных ритмов…

Микко Лантух: А в некоторых случаях и невидение…

Юра Розенко: Да, и невидение в том числе — все будет в новом альбоме, над которым мы сейчас активно работаем. 

Женя Носов: А что обычно происходит с группой, после того как она записала первый альбом? Альбом позволяет донести информацию о ней и ее творчестве людям. Сейчас самый простой способ это сделать — посредством интернета. У нас в стране никто не зарабатывает на продажах дисков. Основная прибыль — это гонорары от выступлений. А альбом — это инструмент промоушена.

Микко Лантух: Если дебютная работа была «ах, ах, побежали, а там посмотрим», то второй диск уже будет более осмысленным.

Женя Носов: Новый альбом мы выложим для бесплатного скачивания, но желающие поддержать нас смогут за него заплатить. И, конечно же, мы выпустим определенный тираж и на дисках.

Mamanet, Фото: mamanet.com.ua

 — То есть, к музыкальному пиратству вы относитесь абсолютно спокойно?

Микко Лантух: Абсолютно спокойно. Я сам выкачиваю всю музыку из интернета.

Юра Розенко: С пиратством бороться не стоит — это как природная стихия, естественный процесс. С природой, как ты понимаешь, воевать глупо. Есть и еще один момент — наши люди не в состоянии покупать музыку по той цене, по которой ее продают во всем мире. Поэтому пиратство все-таки идет на пользу развития музыкальной и не только музыкальной культуры. Грубо говоря, проблема даже не столько в пиратах, сколько в самих людях. Кто захочет, всегда сможет отблагодарить артиста. 

 — Вас часто сравнивают с Red Snapper. Вы признаетесь, что эти параллели вам приятны. Но не боитесь ли вы остаться в тени этого коллектива, как очередной его клон?

Юра Розенко: Мы совершенно не боимся каких-либо клише. Пусть люди сравнивают, со временем им это все равно надоест, и они переключатся на сравнения с кем-то другим.

Микко Лантух: Я догадываюсь, откуда пошла эта мода сравнивать нас с Red Snapper. Просто это чуть ли не единственная команда, исполняющая подобную музыку, известная в широких кругах — и рокерам, и брокерам, как говорится. Playboy, например, сравнил нас с Fila Brazillia. Но скажешь Fila Brazillia, и все — абсолютное большинство уже не понимает о чем речь.

— Помните, была в Украине такая группа — Quadragesima, которую тоже активно сравнивали с Red Snapper? Была она, была, и пропала. Вообще, как считаете, какие проблемы у групп, присутствующих в основном на локальном рынке?

Ярослав Цыганий: Главная проблема любого коллектива, независимо от того, насколько он известен — это внутренняя коммуникация.

Микко Лантух: Насколько мне известно, среди членов Quadragesima такой коммуникации не было. Особенно в последние месяцы существования группы.

Ярослав Цыганий: Мы всегда стараемся общаться и решать какие-то проблемы. Ведь конфликт возможен, даже когда есть всего два человека. 

Женя Носов: Конфликт даже, когда есть один человек.

Ярослав Цыганий: Даже так. Когда члены коллектива находят в себе силы решить эту проблему, а не зациклиться на ней, то группа идет дальше.

Mamanet, photo by Oleg Kononenko

 — А в вашей группе есть лидер, за которым последнее слово?

Ярослав Цыганий: Нет, и мы считаем, что это плохо.

 — Не пытались выделить такого человека, вырастить его, в конце концов, искусственным путем?

Юра Розенко: У нас все достаточно демократично. Каждый приходит со своим настроением и все исходят из этого. Кто-то придет хмурый, в результате чего рождаются такие мрачные вещи, как «Сoma», а кто-то может принести хорошие эмоции и появится такая веселая композиция, как «Груз из Ташкента». 

 — А почему у вас нет вокалиста? Это какая-то принципиальная позиция?

Микко Лантух: Нет никакой позиции. Ну, нет вокалиста, да и нет.

Юра Розенко: Мы готовы экспериментировать…

 — То есть, вы сами ждете, когда к вам кто-то придет и предложит спеть?

Микко Лантух: Да. Специально мы не ищем, но наша дверь открыта. Как группа Ministry в свое время. Они тоже говорили: «Наша студия открыта. Приходите, если нам понравится, мы выпустим вашу песню на нашем альбоме». Позиция группы Mamanet абсолютно схожа.

 — А есть такой человек, возможно кто-то из ваших кумиров, которого вы бы хотели услышать на вашем альбоме?

Микко Лантух: Сразу оговорюсь, что на новом альбоме будет вокал. Вообще же — так много хороших исполнителей, что трудно выделить кого-то конкретно.

Юра Розенко: Лара Фабиан (Lara Fabian).

Женя Носов: Лично мне симпатичнее Ян Браун (Ian Brown).

Mamanet, Фото: mamanet.com.ua

 — Давайте подытожим историю с вашим вторым альбомом. Какие кардинальные отличия от первой работы? И на когда запланирован релиз?

Микко Лантух: Главная разница с KI-MONO — то, что альбом будет абсолютно живой. Как сыграем, так и будет. Даже всю электронику не станем вылизывать. За мастеринг тоже будет отвечать уже другой человек. Опять же, добавится вокал. Сам альбом запланирован на начало следующего года.

 — Хорошо. Если первый альбом все активно сравнивали с Red Snapper, то с кем можно будет сравнить вашу вторую работу?

Юра Розенко: С Red Snapper…