— ДахаБраха вроде начинала как совсем не фестивальная группа, а теперь вы успеваете на пару фестивалей за неделю. Как так получилось?

Марко Галаневич. — Как по мне, то мы и начинали как фестивальная группа. Я бы даже сказал — суперфестивальная, потому что мы ездим и на музыкальные фестивали, и на театральные, когда приглашают театр «Дах». Буквально со второго месяца нашего существования, в июле 2004, мы уже шуровали на Шешорах.

— А в этом году уже есть чем похвастаться?

Нина Гаренецкая. — Ну, в этом году сезон фестивалей мы еще не открыли. Но у нас большие планы на весну-лето. Из самых интересных — огромный фестиваль Mundial в Нидерландах, представительство Украины на Экспо-2010 в Китае, совместный проект с Киммо Похоненом (Kimmo Pohjonen) на фестивале в Хельсинки. И, конечно, Гогольфест осенью.

Похвастаться можем тем, что в прошлом году взяли первое место в номинации «Акустическая музыка» на «Червоной Руте», отыграли на IV международном футуристическом фестивале КАМWА в Перми. Еще нас во второй раз пригласили на Festival of World Cultures в Дублине — поучаствовать в аудио-визуальном шоу художника Кирана Макленда (Ciaran McLellend) и отыграть сольный концерт в фестивальном клубе с мультиинструменталистом Стивом Куни (Steve Cooney).

— Как вы оказались на Красной площади в 2006 году?

Ира Горбань. — Это так давно было, что уже и не вспомнишь. Но кажется, после одного из корпоративов друзья Дмитрия Диброва передали ему диск с нашей музыкой, и он ее оценил по достоинству, потому как крайне лестно о нас отзывался. Ну, и пригласил нас. Концерт на Красной площади — это был первый серьезный приезд в Москву. Там мы познакомились со многими из тех, с кем дружим и работаем до сих пор. 

— Расскажите о выступлении в Лондоне — это ведь были первые серьезные заморские гастроли ДахаБрахи.

Марко Галаневич. — До сих пор не можем отойти от впечатлений, хоть и случилось все еще в 2007 году. У нас с театром «Дах» было 10 спектаклей в Barbican Сentre. Показывали англичанам Шекспира. 

Нина Гаренецкая. — Мы первопроходцы, потому что до этого в Barbican Сentre из Украины еще никто не выступал. Были приятно удивлены, когда узнали, что билеты раскупили еще за 2 месяца. Без лишней скромности — на наших спектаклях были действительно аншлаги. И потом некоторые зрители подходили и делились впечатлениями. Для них наш микс «Шекспир — этническая музыка — яркие ковры — одежда» был неожиданностью. В общем, со спектаклем там уже выступили, теперь можно и с сольным концертом.

— После ваших выступлений вообще остается много историй. Вроде случая с Венсаном Касселем, который выбежал к вам на сцену на Каннском фестивале. Он подпевал или танцевал?

Нина Гаренецкая. — Нет, он фотографировался.

Ира Горбань. — Да, эта фотография потом стала центральной на выставке во время кинофестиваля «Молодость».

— А правда, что однажды вы провели месяц в Альпах — в усадьбе какого-то австрийского принца?

Нина Гаренецкая. — Хахаха! Австрийский принц!.. Ты знаешь, что нам в посольстве сказали, когда мы оформляли документы? «А вы знаете куда едете? Этот человек, Карл, который вас приглашает, весьма подозрительный тип. Будьте осторожны!». 

Марко Галаневич. — Ну не месяц, и не у принца. Но действительно в альпийском имении одного австрийца — фотографа, который в начале 90-х сделал книгу о постсоветских странах. Он о нас узнал, будучи в Киеве. А потом пригласил выступить в своем клубе «Кафе «Дружба». Тоже супер-впечталение — альпийский воздух, двухсотлетний дом и клуб в помещении бывшей конюшни, который достался Карлу в наследство. 

Нина Гаренецкая. — Это такое культовое место, где выступают группы, которые приглашает Карл. Просторный зал с дровяной печью, барной стойкой, ударной установкой и очень старым роялем. В общем, там уютно. И концерт получился такой камерный, домашний, хотя людей было довольно много. Приезжали даже из ближайшего города Линц, куда нас позвали выступить на следующий день. 

А вообще, это была какая-то романтическая поездка. Альпы, зеленая трава в ноябре, очень чистый воздух, много старых вещей и антиквариата в доме, поля для гольфа, свежая петрушка, обжаренные кусочки хлеба на печке…

— А какой у вас бытовой райдер? Есть там специальные пункты? Минеральная вода «Perrier» или что-то более патриотичное вроде «Миргородской»?

Марко Галаневич. — Понты не гоняем. Вода без пузырьков. Ну там бутерброды, полотенца (вышитые).

Нина Гаренецкая. — Самое важное — технический райдер. Бывает такое, что в гримерке стоят всякие вкусности, всего много, а на сцене не хватает шнуров, либо не те микрофоны. 

— Судя по всему, саундчек у вас долгий.

Нина Гаренецкая. — Ха! Мы — «радость для звукорежиссеров». Нас непросто вызвучить и мы капризные.

Марко Галаневич. — Мы акустический коллектив, и у нас есть такое желание, чтобы все инструменты, которые стоят на сцене, — прозвучали. Так что когда некоторые пункты райдера упускают — саундчек затягивается. Но если все в порядке, то часа нам хватает.

— С таким плотным графиком вам вообще удается что-то успеть на фестивалях, кроме выступлений? Сидите в барах? Ходите на ярмарки? Посещаете мастер-классы?

Нина Гаренецкая. — Смотря, как надолго мы приезжаем. Например, этим летом в Щецине мы попали на мастер-класс африканской группы из Танзании Wagogo Mirungu. Они учили всех желающих играть на барабанах традиционные ритмы, петь традиционные песни и танцевать. Мы с ребятами познакомились и потом, после ужина на траве, уселись друг против друга и по очереди пели — они нам африканскую песню, а мы им украинскую. Закончилось все плясками.

— Еще бы — фестивали созданы для знакомств. 

Нина Гаренецкая. — Конечно, это же самое важное на фестивале. На «Сотворении мира» в Казани мы познакомились с Инной Желанной. Даже репетировали совместную песню, но выступить вместе не хватило времени. Зато прошлым летом Инна пригласила нас в качестве хедлайнеров на свой фестиваль «На грани фолка», а мы ее привезли к нам на Гогольфест. Там же познакомились с Future Sound of London — играли вместе на афтерпати фестиваля и потом позвали их к нам в Киев в апреле прошлого года.

На фестивале в Питере завели дружбу с группой из Карелии «ВаТаГа» и закрепили ее во время концерта на Красной Площади. Так что когда они приехали на «Шешори Подільські», то мы уже пели всю ночь и все утро у костра как родные.

— Ну это явно не на позапрошлых «Шешорах». Тогда у вас была очень строгая политика как для фестиваля. Ни шагу из театральной зоны «Даха». Почему?

Марко Галаневич. — Это был такой проект, такая особенная театральная форма. Правила игры, предложенные нашим режиссером Владом Троицким с целью создания особенной творческой реальности, которые все приняли. 

Нина Гаренецкая. — Мы тогда приехали вместе с театром «Дах» задолго до начала фестиваля. Строили декорации, учили песни, делали костюмы… Но потом вынуждены были отлучиться на фестиваль «Саянское кольцо» в Сибири. И, прилетев из такой дали, мы немного выпали из атмосферы театрального городка. Но, кажется, у актеров все получилось.

— Что такого вы показали на фестивале «Поп-механика» в Питере, что вас номинировали на гран-при?

Нина Гаренецкая. — Ничего— мы до Питера не долетели. Нас в аэропорту не пропустили, из-за одной просроченной бумажки. То есть, нас могли пропустить — но без всех инструментов. Мы были немного задерганные Гогольфестом и совсем не подумали, что у нас что-то могло просрочиться. Это было в первый раз такое, надеемся, что в последний.

Но практически весь состав оргкомитета премии Курехина видел наш перформанс «Сны заброшенной дороги» во время представления фестиваля Гогольфест в Питере.

— А вы видели, что показывали ваши соперники?

Марко Галаневич. — Увы, нет. Но и у нас, и у всех желающих будет такая возможность — в этом году на Гогольфесте будут представлены практически все номинанты на гран-при премии имени Курехина.

— Есть вообще какая-то награда, которую вы действительно хотели бы получить?

Марко Галаневич. — Грэмми, Нобель, Букер. Все, что есть, пусть дают.

— У вас уже три альбома. Когда следующий?

Марко Галаневич. — Надеемся, что весной. Сейчас мы работаем с Юрой Хусточкой, как звукорежиссером и саунд-продюссером. Думаем, что этот альбом будет довольно неожиданным для слушателей. Ударим по нижним чакрам.

— Напоследок расскажите про ваш собственный фестиваль — Гогольфест. Что будет в 2010?

Ира Горбань. — Фестиваль состоится с 3 по 19 сентября, традиционно в «Мистецьком Арсенале». Пока открыть всех секретов мы не можем — потому что многие проекты еще на стадии переговоров. Абсолютно новой станет визуальная программа. В этом году она будет сосредоточена на нетрадиционных для нас видах искусств — digital, kinetic, sound и cyber-арте. В театральной программе будет представлен проект ЛСД — Лаборатория Современной Драматургии, в рамках которого покажет свои спектакли Театр.Doc. Надеемся, что фестиваль откроет большой перформанс «Ликвид-театра» из Москвы, и что приедет Итальянский Атлетический театр «Катакло». Еще лучше, если все получится с огромным проектом легендарного испанского театра Les Fura De Baus на Майдане.

Марко Галаневич. — Если говорить про музыку, то наиболее ожидаемым для нас, думаю, будет приезд Найман Бенда c поляками Motion Trio. Этот композитор в свое время произвел на нас и на наше творчество огромное впечатление. Еще хотим презентовать очень интересный проект «Дети Выдры». Это совместная работа Владимира Мартынова, ансамбля OpusPost под руководством Татьяны Гринденко, известнейшего коллектива из Тувы Huun-Huur-Tu и нашего местного хора.